Вход
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
Регистрация
Зарегистрироваться
Логин (мин. 3 символа):*
Email:*
Пароль:*
Подтверждение пароля:*
Имя:*
Защита от автоматической регистрации
CAPTCHA
Введите слово на картинке:*

Пароль должен быть не менее 6 символов длиной.

*Поля, обязательные для заполнения.

icon

Войти

|
Регистрация
logo

Девятилетний мальчик заблудился в таежных дебрях — и выжил

17.07.2021  -  12:13

Когда медведь смотрит на тебя в упор — страх сначала появляется внизу живота. Это Кирилл почувствовал сразу. И запомнил. Интересная такая реакция… Медведь был здоровый. И какой-то плюшевый. В голове у Кирилла мелькнула только одна мысль: «Боженька, помоги!» И еще: «Пусть он не съест меня!» Мишка оказался добрым. Или сытым. Взмахнул мордой, втянул ноздрями воздух с явным человеческим запахом — и побрел дальше.

На вершине... Потом спуск и долгое скитание по тайге в продуваемой всеми ветрами курточке. Фото: Дмитрий Ботов
На вершине... Потом спуск и долгое скитание по тайге в продуваемой всеми ветрами курточке. Фото: Дмитрий Ботов

Текст: Олег Кармаза, «Российская газета«


— Так что ж ты не убежал-то? — изумляюсь.

Кирилл смотрит на меня, как на трехлетнего недотепу. «Убежать от медведя нельзя, у него скорость под 60 километров в час и чуйка похлеще любой собаки, — нехотя втолковывает он. — Надо или спрятаться и не двигаться, или просто стоять и не двигаться. И молиться».

Пить или не пить?

Через два часа после встречи с медведем Кирилл наткнулся на лося. Тот лежал в траве и что-то беззаботно жевал. Рога у лося были преогромные. Кирилл послюнявил палец, выставил вверх — и тихонечко пошел по безветренной стороне.

К концу дня встретил медвежонка. «Зоопарк прямо какой-то», — подумал ошалело. Медвежонок важно косолапил между громадными елями и целиком был занят собой. «Значит, мама где-то рядом», — сообразил Кирилл. В который раз уже за день он присел на корточки, замер и стал напряженно слушать тайгу. Но все было тихо.

Ужасно хотелось пить. Прямо до одури. Однако из родников, которых было вокруг пруд пруди, старался пить по чуть-чуть. По одной ладошке. «Если напиться, сразу потеть начинаешь, кругом же лес непроходимый, в нем даже неба не видно, и на тебя, потного, комары и мошки больше садятся, загрызть могут совсем», — доходчиво объяснял он мне.

К концу второго дня живот урчал уже со страшной силой и просто-таки нахально требовал от хозяина закинуть что-нибудь в рот. Кириллу попадались молодые, только что вылезшие из-под земли маслята. Но есть их сырыми было нельзя. Оставалось искать кедровые шишки и разламывать их. Внутри молочные орешки, еще не созревшие, малюсенькие. Но уже калории и витамины. А как без них в тайге?

Иногда он срывал цветы с черничных кустов. Жевал и быстро выплевывал. Они поначалу сладкие, а потом становятся горькими. Какие-никакие, но тоже полезные, вокруг-то шаром покати, есть вообще нечего. Была бы осень, вздыхал про себя. Ягоды, грибы, он все их наперечет знает. А в начале лета тайга скупа. Что найдешь — твое, нет — извини. Поешь воздух, как шутят папины друзья. Эх, где они сейчас? А папа? Спят, наверное, на турбазе, дескать, ничего, не пропадет Кирилл. Парень уже большой, 9 лет. Поскитается, поскитается — и набредет на «Крив», турбазу то есть.

Кирилл смастерил из ветровки нечто вроде шара, из капюшона сделал защитную сетку на лицо, подложил еловые ветки и попытался заснуть. Но сон не шел, хоть убей. И не потому, что земля сырая, комаров и противнейших мошек вокруг туча. Его вообще кто-нибудь ищет? Хоть один человек?

Шутки в сторону

Двести эмчеэсовцев, полицейских, добровольцев-спасателей, вертолет Ми-8, квадрокоптеры с тепловизорами, пять кинологов с поисковыми собаками из близлежащих исправительных колоний. Казалось, район тайги вокруг города Североуральск, что в 450 километрах от Екатеринбурга, прочесан вдоль и поперек. Однако поисковые группы понимали: найти человека в тайге — это похлеще, чем иголку в стоге сена. Лес непролазный, а все предгорье Уральского хребта в этом районе еще и покрыто курумниками — участками с остроугольными каменными глыбами. Сломать или подвернуть ногу на курумнике — плевое дело. Дальше только ползти. Сколько сил хватит. Ну, а потом…

В январе 2019 года недалеко от этих мест заблудились две девушки из Екатеринбурга. В районе горы Сухогорский Камень отстали от группы. Вскоре одна погибла, другой после того, как ее нашли, пришлось ампутировать ноги. Тайга шуток не понимает.

Красотень!

Колено хрустнуло где-то на высоте 300 метров. И дальше Дмитрий подниматься быстро уже не мог. Кое-как доковылял до вершины. Там Кирилл удрученно хлопал себя по карманам: и зачем фотик выложил? Такая красотень! Карманы вообще были пустыми: ни ножичка, ни печеньки, даже спички завалящейся… Потом в тайге Кирилл в сотый раз выворачивал их в надежде найти хоть какие-нибудь крошки — бесполезно.

Папа не мог быстро спуститься из-за колена. Кирилл крикнул: «Жду тебя внизу!» И побежал по спуску. Остановился у леса, чтобы отдышаться, посмотрел наверх, где там папа ползет по-черепашьи? Но ни его, ни вообще кого-то из 18 членов группы наверху видно не было.

Наперегонки с вертолетом

Как зажечь костер без спичек? «В принципе надо взять сухой мох, палочку из осины или кедра, сделать на пеньке углубление и крутить посередке, — учит меня Кирилл. — Но я так не делал. Ночи были белыми, а с этим мхом возни. Если бы просидел в лесу еще, наверное, попробовал бы. А так я за вертолетом бегал».

— Как это? — не понимаю.

— Ну он над тайгой постоянно летал. Увижу — бегу за ним по земле, кричу, машу руками. А потом сажусь и плачу. Думал, не найдут меня никогда.

— А где ты всем этим премудростям научился, про мошкару, питье, палочки? — интересуюсь. — Неужто в интернете?

— Не, папа с мамой рассказывали и папины друзья, — пожимает плечами.

Мистика?

Кирилла обнаружили именно в тот день, 6 июня, в который Дмитрий начал свое служение Богу. Случилось это в далеком 1996 году. До этого была камера предварительного заключения, суд, два года условно (хотя прокурор просил 7 лет колонии). Сейчас Дмитрий служит в Челябинском храме пятидесятников «Свет Божьей любви» старшим пастором.

— Наверное, Господь таким образом дал мне понять, что я тогда сделал правильный выбор, — говорит, немного смущаясь, Дмитрий. — Ведь за Кирилла, пока он блуждал по тайге, молились тысячи людей и в Америке, и в Африке, и в России. Я точно это знаю, мне сыпались сообщения от единоверцев со всего мира. Кстати, спасатели, которые искали Кирилла, говорили в один голос, что ему очень повезло в том смысле, что не было дождей. Они здесь проливные, холодные. Можете поверить: как только его нашли — сразу пошел дождь.

Счастливый финал

Сколько до папы?

«Ты в лес-то зачем с горы пошел?» — интересуюсь у Кирилла. Я, наивный москвич, всегда считал: в предгорье, вообще на открытой местности шансов выжить гораздо больше, чем в дремучем лесу. Тут и зверье всякое, и гнус, и комары, и клещи те же. А у подножия горы — милое дело. Все продувает, все видно. Кирилл в который раз недоуменно смотрит на меня: «Так на горе окоченеешь быстро. Там погода меняется часто. Да и снежники холод дают. В лесу хоть и опаснее, но выжить можно».

Его там и нашли, сидящим возле поваленного дерева. Лицо Кирилла было сильно искусано комарами и гнусом. Он сразу спросил спасателей: «А сколько отсюда до папы, до турбазы?» «Три километра всего, ты почти дошел…»

Поделитесь:
Яндекс.Метрика