...И он сказал: «Поехали!»

11.04.2011  -  00:00

Полвека назад первый человек с планеты Земля полетел в космос. Весь мир запомнил его простое русское имя — Юрий Гагарин

 Нет, наверное, человека, который бы не знал Юрия Гагарина, 
простого советского парня с княжеской фамилией.
Нет, наверное, человека, который бы не знал Юрия Гагарина, простого советского парня с княжеской фамилией. — Сахалин?.. Далековато, братишка, ты забрался! Впрочем, я видел ваш остров из космоса. Симпатичный! Весь в зелени и в белой пенке прибоя. Эти слова я услышал от Юрия Гагарина, когда мы впервые встретились, а получилось это так. Мы приехали на второй Всесоюзный съезд молодых писателей, который проходил в гостинице «Юность» в Москве. На нем выступал Гагарин. Я, каюсь, слушал его невнимательно, размышлял, как же мне передать ему снимок, который сделал в Хельсинки Коля Привалов, фотокор «Труда», и попросить Гагарина оставить на снимке свой автограф. Послал снимок в президиум с короткой запиской. Гагарин прочел, показал ее Первому секретарю ЦК ВЛКСМ Сергею Павлову и положил в свою папку. Я послал ему вторую записку. Он прочитал, улыбнулся и снова отправил ее в папку. Как только объявили перерыв, я кинулся в президиум и прямиком к Гагарину. «Это я вам писал...» — Не волнуйся, дружок, будет у тебя то, что просишь. Только вот что скажу тебе (и не обижайся, что я сразу на «ты», мы ведь примерно одного возраста). Многие меня после полета фотографировали и сейчас фотографируют, но дома у меня, веришь, ни одной «фотки» нет. — А хочешь (расхрабрился я) иметь фотографии вчерашние, когда вы с Титовым Фиделя Кастро на Красной площади встречали, причем при всех регалиях? — Еще бы! А сумеешь достать? — Непременно! — Тогда сделаем так: сейчас объявят перерыв на обед. У меня здесь своя машина, и я сам за рулем. Отвезу тебя в «Известия», а на обратном пути заберу со снимками. Так мы и поступили. И единственная мысль, которая меня в эти минуты угнетала: Сережа Смирнов, автор этих снимков и мой друг,— правительственный фотограф. Его могли куда угодно послать, и я его не застану. И что тогда?! Но счастье сопутствовало мне. Сережа был в редакции. И с удовольствием отпечатал штук тридцать снимков, которые я и вручил Гагарину, когда он подъехал к «Известиям». Листая их, он радовался, как мальчишка. «Вот уж спасибо так спасибо. А уж как Валюшка будет рада!» Расставаясь, я успел его спросить: «С того момента, когда в космос полетел первый спутник, прошло всего три с половиной года до твоего старта. Верил ли, что первым человеком в космическом корабле будешь ты?» «Нисколько! Для меня это была несбыточная мечта!» Мы встречались потом не раз и в Москве, в Доме журналистов, куда любили приходить космонавты, и в Звездном городке. Благодаря Гагарину я познакомился со многими космонавтами. А с Германом Титовым и его женой Тамарой целый месяц провели вместе, пока не кончился его отпуск. На память он подарил мне замечательную книгу «Утро космической эры» и пластинку с репортажем «Беспримерный рейс к звездам. Советский человек в космосе». И есть там те самые слова, что любят все вспоминать: — И он сказал: «Поехали!» Карл Рендель 12 апреля 1961 года ...И вот наступил канун исторического дня, 12 апреля 1961 года. Вечером Гагарину врачи наклеили на тело датчики для регистрации физиологических функций. В 21 час 50 минут проверили кровяное давление, пульс, температуру. Давление было 115/75, пульс — 64, температура — 36,7. Ни наблюдением, ни приборами никаких отклонений от нормы не обнаружилось. Врачи расположились в комнате, соседней со спальней космонавтов. Они опасались, что накануне старта, да еще с наклеенными датчиками, Гагарин не сможет заснуть. Однако, когда через полчаса врач, осторожно ступая, на цыпочках вошел в спальню, Юрий Гагарин лежал на спине, по-детски приложив руку к щеке. И сладко посапывал. Врач в течение ночи несколько раз заглядывал к нему. Картина была прежняя — космонавт спал очень крепко и за 8 часов ни разу не изменил позы. Врачи спали плохо. К назначенному времени — 5.30 утра—все уже были на ногах. Небо посветлело, на нем слабо мерцали последние, уже неяркие звезды. Восток алел. Врач вошел в спальню космонавта, дотронулся до плеча Юрия Гагарина, сказал обычное: «Пора вставать». Гагарин поднялся сразу и на вопрос: «Как спалось?» — с улыбкой ответил: «Как учили»... Предстартовая подготовка проводилась быстро, тщательно и четко... Лифт поднял Гагарина на верхнюю площадку обслуживания, он махнул на прощание рукой, и тяжелая дверь космического корабля закрылась. А через несколько минут Гагарин спокойно докладывал: — «Земля», я — «Космонавт». Проверку связи закончил... Самочувствие хорошее. К старту готов. В 9.07 на команду технического руководителя пуска «Подъем!» космонавт ответил: «Поехали! Все проходит нормально». ...А в 10 часов 25 минут космонавт сообщил об автоматическом включении тормозного устройства. Корабль «Восток» начал снижаться и через 30 минут благополучно приземлился в заданном районе. Во время полета «Восток» обладал максимальной скоростью 28 тысяч километров в час, высотой — 327 километров и облетел вокруг земного шара. Из воспоминаний Н. Каманина, генерал-лейтенанта авиации, Героя Советского Союза Трудные дороги космоса ...Я прошел испытания и был принят в отряд космонавтов, но мне сказали: «Поезжайте в свою часть. Когда надо будет, мы вас вызовем». Можно представить, с каким нетерпением ждал я этого вызова! А в своей части мне предложили стать командиром авиационного полка, и я понял, стоит мне принять этот пост, никто и никогда комполка не отпустит в Звездный городок. Написал письмо министру обороны с просьбой не назначать меня командовать полком ввиду таких-то и таких-то обстоятельств, поговорил с командующим ВВС Кутаховым. Не знаю, то ли письмо мое сыграло какую-то роль, то ли просто так совпало, но вскоре пришел вызов в Звездный городок и началась подготовка. Два события запомнились мне на всю жизнь. Кровь из пальца на анализ у меня брала... Валентина Гагарина, а первое занятие с нами проводил Юрий Гагарин и называл он нас всех ласково — «соколики». Познакомились и с Королевым... Знакомил нас со стартовым комплексом Гагарин. Я не переставал удивляться этому человеку. И прежде всего его умению общаться с людьми. Куда бы мы ни пошли, Юрий везде находил знакомых, которых знал лично, по именам. Он знал, где они работают, чем занимаются, интересовался их близкими и родными. Юрий одинаково непринужденно и легко вел разговор с конструктором и рабочим, с ученым и инженером. О любом сооружении на стартовой площадке рассказывал со знанием дела, и чувствовалось, что он здесь не случайный человек, не гость — хозяин! И какой же болью в наших сердцах, в сердцах всех людей нашей планеты отозвалась катастрофа, которая привела к гибели Юрия Гагарина и вывозившего его в испытательный полет на истребителе Героя Советского Союза Владимира Серегина... Из воспоминаний В. Шаталова, генерал-полковника авиации, дважды Героя Советского Союза

Комментарии

Загрузка комментариев...