Вход

Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Регистрация

При регистрации вы соглашаетесь с нашей политикой обработки персональных данных

icon

Войти

|
Регистрация
logo icon Частные
объявления
Справочник
Соснового Бора
Реклама
в “Маяке”

Живу творчеством...

Сегодня архитектору Юрию Савченко исполняется 75 лет

Наталья Козарезова
Автор: Наталья Козарезова
17.03.2010  -  00:00

 В 1970 году Юрий Савченко за создание второго микрорайона Соснового Бора (благоустройство которого включает малую Копорскую крепость) получил Государственную премию РСФСР, опередив даже проектировщиков Нового Арбата в Москве
(Фото Юрия Шестернина) В 1970 году Юрий Савченко за создание второго микрорайона Соснового Бора (благоустройство которого включает малую Копорскую крепость) получил Государственную премию РСФСР, опередив даже проектировщиков Нового Арбата в Москве (Фото Юрия Шестернина) На письменном столе просторной студии почетного гражданина города Ю. Савченко лежит проект реконструкции мемориала в Устье: на двух стилизованных подлодках должны быть выбиты имена подводников, навсегда оставшихся в Балтийском море. Работа над этим проектом только-только завершилась, но архитектор уже занялся проектированием колокольни гора-валдайской церкви в Шепелево. Потом обязательно будет что-нибудь еще. Творчество — это самое важное в жизни архитектора, которому жители города обязаны ландшафтным дизайном Соснового Бора, малой Копорской крепостью, Андерсенградом и памятником «Защитникам Отечества». Поэтому в беседе с Юрием Тимофеевичем, состоявшейся накануне юбилея мастера, речь в основном заходила о его творческой жизни.

— Юрий Тимофеевич, в вашей мастерской можно увидеть не только архитектурные проекты, но и графические работы. — Я собираюсь представить свою графику на выставке областных художников, приуроченной к 65-летию Победы. Это восемь работ, часть из которых посвящена войне. Я хорошо помню это время, потому что сам дитя военного времени. В 1942 году нас с сестренкой помог вывезти из блокадного Ленинграда знакомый военный, которого переводили на Калининский фронт. Меня забрала тетушка в деревню в районе Торжка. Там я закончил два класса. — Вам было тогда семь лет. Что-то врезалось в детскую память? — Тогда шли ожесточенные бои подо Ржевом. Линия фронта была в 50 километрах от нашей деревни, через которую проходили воинские соединения и беженцы. В деревне находился штаб Калининского фронта, возглавляемый маршалом Коневым. Рядом — аэродром, где базировались ночные бомбардировщики. В их числе — Н. Каманин, тогда командовавший штурмовой авиационной дивизией. С этим летчиком мы встретились после войны, в 1965 году, когда он стал командиром отряда космонавтов, а я делал проект Звездного городка. Тогда было подготовлено два проекта. Один — попроще, общепринятый, со стандартной сухой планировкой. В моем варианте городок космонавтов получился уютным, живописным, очень понравился Ю. Гагарину. Но решающее слово было за Н. Каманиным, который высказался за более понятный в советское время вариант, «без ультралевых загибов». — А как в период строительства типовых, безликих микрорайонов прошел нестандартный вариант планировки Соснового Бора? — В таком ландшафте хотелось строить по-другому — подчеркнуть его, обогатить, чтобы человек получил дополнительное жизненное пространство на улице. Сосновый Бор создавался по типовым проектам, которые были несколько переработаны нашими проектантами. За счет гибких вставок между домами, секций поворота удалось получить не обычную, сухую планировку, а пластическое градостроительное решение, отвечающее ландшафту, окружающей природе. — Этому учили на архитектурно-градостроительном отделении Ленинградского инженерно-строительного института? — Нет, этому не учили. Брали информацию о строительстве за рубежом, ее было, правда, немного. Додумывали сами. Возможности находили за счет использования поворотных секций, частичной переделки фасадов, использования красно-белого кирпича. Большое внимание мы обращали на благоустройство города. Во времена, когда благоустройство городов обычно состояло из элементарного набора — сушилка, ковровыбивалка, скамеечки, Сосновый Бор был в этой области пионером. С одной стороны в этом помогало обладавшее большими возможностями Министерство среднего машиностроения, с другой — важно было желание, подход. Во многих, очень богатых городах этого не делалось. Мы применяли материалы, буквально лежащие под ногами,— валуны, дерево — для большей органической связи с окружающей средой. Даже типовые железобетонные изгороди детских садов заменили изгородями в деревенском стиле. Как говорил великий американский архитектор Ф. Райт — «в деталях Бог». Это действительно так. В создании городской среды мелочей быть не может, все должно быть продумано. — А как возникли идеи создания детских городков малая Копорская крепость и Андерсенград? — Я уже говорил, что проектировщики уделяли большое внимание благоустройству. Сосновый Бор в то время был молодой город с молодыми жителями, детей было много, нужны были детские площадки. И к их созданию тоже старались подходить нестандартно. Первым экспериментом стало создание малой Копорской крепости во дворе домов по улице Ленинградской. Планировка двора похожа на крепость: два высоких дома напоминают башни, а опоясывающие двор пятиэтажки — крепостную стену. Вот мы и подумали: почему бы не создать крепость в крепости. Назвали ее просто сказочным городком, но потом сами дети стали называть его малой Копорской крепостью, и это название привилось. За счет рельефа, планировки и применения местных строительных материалов получился симпатичный игровой городок. И когда в 1970 году второй микрорайон выдвинули на получение Государственной премии РСФСР наравне с Новым Арбатом в Москве, он просто покорил приехавшую московскую комиссию. Остальное благоустройство тоже сыграло свою роль, и Госпремию получил Сосновый Бор. Жалко, что сейчас городок в таком состоянии. Конечно, прошло очень много времени, дерево требует реставрации, замены, а хозяина у городка фактически нет. Но, думаю, долг сосновоборцев — восстановить один из символов нашего города. Андерсенград был уже позже. Это было развитие идеи тематического благоустройства города, чтобы в каждом микрорайоне было свое запоминающееся архитектурно-художественное решение среды. В третьем микрорайоне я придумал сделать детский городок уже не в древнерусском стиле, как малая Копорская крепость, а в прибалтийском. В те времена многие часто ездили в Таллинн и были покорены улочками и башенками Старого города. Мы подумали, что наш город тоже находится на Балтийском берегу, и даже назвали городок Вышгородом, а построенный рядом торговый центр — «Таллинном». В юбилей Андерсена решили переименовать детский городок в Андерсенград. Строительство начали только в 1975 году, но потом на три года забросили. Некоторые считали, что он испортит архитектурный ансамбль Сибирской улицы. В 1977 году работы возобновили, а к 80-му закончили. В общем, как в настоящей сказке, пришлось преодолевать препятствия. — Сохранение зеленых островков леса в городе тоже приходилось отстаивать? — Конечно. Тогда при строительстве обычно полностью вырубался лес на площадке. Как можно оставлять деревья, строители просто не понимали. Приходилось воспитывать строителей, прививать вкус и понимание. И нам это удалось. При строительстве деревья стали прятать за деревянными заборами, чтобы не повредить. Переносили участки трубопроводов. Причем с инициативой часто выступали и сами строители. Приходилось и воевать. На Белых песках в районе Солнечной улицы хотели установить несколько привезенных из Ангарска панельных домов, уже и привязка к местности была готова. Поступить так — значило испортить город. Удалось убедить построить их в другом месте. Эту ошибку удалось предотвратить, но случались и другие. Скажем, недостаточно хорошо продумана застройка Комсомольской улицы с выходящей к реке баней. Вообще река у нас никак не обыграна в городе. — И море тоже... — По первоначальному плану предполагался выход поселка Сосновый Бор к морю — на Глуховку. Но это же готовый приморский парк, который пришлось бы вырубать. К тому же парк — естественный заслон от ветров. От этого варианта удалось убедить отказаться. Сейчас говорят о морском фасаде города, но при этом никто не думает про дующие с залива ветры. Пример приморских поселков подсказывает, что от ветра необходимо отгораживаться защитной полосой леса. Это соблазнительно — выйти к морю, но у нас же не Адриатика. — Первым строителям удалось построить город, в котором удобно жить, единственная проблема: порой найти нужную улицу или дом бывает очень сложно. — Да, это проблема. Чтобы запустить дом в эксплуатацию, необходимо было присвоить ему номер и улицу, а ее часто еще не было. Из-за этого и получились казусы, когда, например, проспект Героев стал двойной улицей. Единственное, старались соблюдать четную и нечетную стороны. Вот и получается, что я живу в доме № 41, а 40-й находится где-то в соседнем районе, не знаю даже где. Адресный план города требует корректировки, но это очень большие затраты. — Плановая застройка Соснового Бора подразумевала большие свободные пространства. Теперь эти пятна активно застраивают. Как вы к этому относитесь? — Гюго называл архитектуру каменной книгой истории человечества. По этой книге можно судить о социальном строе, об уровне жизни, идеологии, экономике — обо всем. В советское время после войны, когда необходимо было восстанавливать разрушенное, создавался комплексный подход к решению градостроительных проблем. А рыночная экономика в основном носит стихийный характер, и хорошо, если на местах все же стараются выработать определенные правила застройки. Но чаще все делается стихийно, от этого, к сожалению, бывает много промахов. Сосновый Бор — удивительный город, и хотелось бы, чтобы тот уровень, который был взят, поддерживался. Растерять можно очень быстро. Беседовала Наталья Козарезова
Поделитесь:
Комментарии
Добавить комментарий
Свернуть комментарии
Загрузка комментариев...
Яндекс.Метрика