Вход
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
Регистрация
Зарегистрироваться
Логин (мин. 3 символа):*
Email:*
Номер телефона:*
Пароль:*
Подтверждение пароля:*
Имя:*
Защита от автоматической регистрации
CAPTCHA
Введите слово на картинке:*

Пароль должен быть не менее 6 символов длиной.

*Поля, обязательные для заполнения.

icon

Войти

|
Регистрация
logo

Фантастика становится реальностью

Ученые воплощают в жизнь самые невероятные проекты

11.02.2008  -  00:00

О перспективах науки в целом, о состоянии российской науки, а также о некоторых достижениях сосновоборских ученых корреспонденту «Маяка» рассказал главный научный сотрудник НИТИ имени А. Александрова, доктор технических наук, профессор В. Хабенский.

В. Хабенский, главный научный сотрудник НИТИ, доктор технических наук, профессор
В. Хабенский, главный научный сотрудник НИТИ, доктор технических наук, профессор

— Владимир Бенцианович, как вы считаете, принесет ли нам 21-й век революцию в науке?

— Такие революционные этапы, которые во второй половине 20-го века были связаны с теорией относительности и с квантовой механикой в физике, а также с информационными технологиями, в науке сейчас отсутствуют.

Идет совершенствование всего этого, но качественный скачок пока только намечается. Очевидно, он будет связан с нанотехнологиями, которые, наверное, произведут настоящую революцию во всех областях нашей деятельности: в электронике, машиностроении, энергетике, медицине.

Сейчас об этом много говорят, хотя реальных результатов — не очень уж много.

— Достигают ли российские ученые «переднего края» мировой науки?

— И кое в чем обгоняют зарубежных ученых.

Приведу самый близкий пример. У нас в НИТИ производятся продукты на уровне мировых. Например, разработаны расчетные коды — динамические программы по теплофизике «КОРСАР» и по физике «САПФИР». Они высокотехнологичны и очень качественны, на уровне современных зарубежных расчетных кодов. У химиков нашего института по работам, связанным с утилизацией радиоактивных отходов, имеются очень хорошие достижения.

Еще мы занимаемся тяжелыми авариями на атомных станциях. И разработали концепцию ловушки расплава для атомных станций совместно с Атомэнергопроектом. Расчетное обоснование также выполнили мы с участием Курчатовского института и Атомэнергопроекта. Саму конструкцию сделал концерн «Росэнергоатом». Эта ловушка — первая в мире. Сейчас французы сооружают блок в Финляндии, где тоже есть ловушка, но основанная на другом принципе. Так что с этим проектом мы опередили всех остальных. Этими ловушками снабжены АЭС, которые Россия соорудила в Китае и Индии, а также они будут на всех новых блоках в России.

Тяжелые аварии на АЭС маловероятны, но, так как число блоков будет расти, то и вероятность аварии повышается, так что это очень важно.

— Не так давно российская наука переживала не лучшие времена. Ученые уезжали работать за границу, молодежь неохотно «шла в науку».

— Уезжают и сейчас, но многие остаются. И многие возвращаются. При возможности нормально работать никто не будет уезжать. У нас в институте, например, сейчас достаточно нормальные условия для работы. Молодежь действительно идет к нам не очень охотно. Думаю, здесь играют роль невысокие зарплаты и удаленность от Петербурга, где, конечно, больше возможностей для реализации.

— Хватит ли у нас специалистов для освоения высоких технологий?

Вы знаете, что большое число техногенных катастроф происходит из-за человеческого фактора, то есть из-за некомпетентности и неумения работать с высокотехнологичными оборудованием и приборами?

Одна из самых актуальных задач сейчас — это повышение уровня образования, а также его изменения в соответствии с новыми требованиями. А в вузах сейчас не хватает хороших преподавателей, которые должны готовить хороших специалистов.

Как достичь необходимого уровня образования? Пересмотреть фундаментальные основы образования, ввести новые специализации, которые будут разрабатывать новые направления. Поднять статус преподавателей, увеличив их материальное обеспечение, что привлечет в преподавательскую среду высокоэффективных ученых. Выделять больше денег на оснащение учебных лабораторий, ведь вузовская наука может быть очень эффективной.

— Наверное, как всегда, вопрос упирается в финансирование...

При распределении ресурсов, которые выделяются на науку (а они немалые), вузовская оказывается «на окраине». Тут большую помощь государству должен оказать частный бизнес. Вот, например, Калифорнийский университет недавно провел акцию по сбору денег среди бывших выпускников, которые заняли высокие посты. Удалось собрать... 1,5 миллиарда долларов. В высокоразвитых странах частный бизнес активно участвует в финансировании науки и образования (в Евросоюзе — на 55%, а в США — на 67%), понимая, что развитие образование и науки — это для его же блага. Для развития страны и для длительной перспективы самого бизнеса путь вложения в собственную науку и в собственное образование был бы намного эффективнее, чем путь покупки оборудования и идей за рубежом.

Не только вузовской, но и отраслевой науке в нынешних условиях требуется грамотный менеджмент. Мы привыкли, что деньги нам дают, а не мы их добываем. Для того, чтобы сейчас получить на исследования деньги есть разные возможности. Например, гранты РФФИ (Российский фонд фундаментальных исследований), наверное, будут гранты по нанотехнологиям. Но для того, чтобы получить эти гранты, нужно самим исследователям проделать большую работу: четко и ясно изложить свою идею, пользуясь современными информационными технологиями и знаниям условий подачи этой информации отправить заявку. Этому тоже надо учиться, и хорошо бы, чтобы этим занимался отдельный человек. Такие люди у нас пока выдвигаются из своей среды.

— Что сейчас наиболее актуально для российской науки?

— Не отстать! В нашей стране сейчас затраты на НИОКР (научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы) и на производство знаний составляют около 1,6% от ВВП, а развитые страны тратят на это порядка 5% ВВП.

По оценкам специалистов, через 10­15 лет на мировом рынке количество продукции высокотехнологичного производства в 10 раз превысит объем продукции, производимой топливно-энергетическим комплексом. То есть потребность именно в высокотехнологичной продукции будет очень велика. В настоящее время ее поставляют на мировые рынки в основном США (36%) и Япония (30%). Китай дает 6%. А доля российского участия в этой сфере — всего 0,5%. И если не развивать это направление, то богатые природные ресурсы нас не спасут.

Необходимо также увеличение финансирования науки за счет привлечения бизнеса. Нужна прозрачность и эффективность распределения тех средств, которые выделяются на развитие науки и образования. И сами люди науки должны освоить менеджмент получения финансирования. И одно из существенных условий — нужно сохранение стабильности в стране.

— Какие задачи наиболее важны для современной науки?

Обеспечение энергией. С развитием нанотехнологий существенно повысится роль альтернативных источников энергии, особенно солнечной, которая и бесплатная, и экологически чистая. Не исключено, что скоро удастся создать эффективные ее преобразователи, с более высоким, чем сейчас, кпд. В Кадараше (Франция) планируется сооружение экспериментального термоядерного реактора «ИТЕР» — с участием разных государств (Евросоюз, США, Россия, Япония, Канада).

Совершенно прорывные технологии могут быть в химии и биотехнологии. Станет в частности, возможным то, что пока кажется фантастикой: сооружение нанороботов, которые проведут внутри организма диагностику, доставят лекарства в нужную точку, реконструируют, залечат.

Тонкие методы, которые сейчас начинают развиваться, позволят сгладить негативные моменты воздействия технологии на природу. Позволят создать такую систему, которая заблокирует действия террористов. Все это, я надеюсь, должно привести к большей стабильности в мире в целом.

— Каковы, по вашему, перспективы Соснового Бора, как города развитой науки?

Строительство новых блоков повышенной безопасности должны привести к поддержанию города в фазе развития. Наш институт сейчас чувствует себя достаточно уверенно и имеет хорошие перспективы, мы работаем близко к мировому уровню. Кроме того, в Сосновом Бору есть и другие планы и возможности.

Главное помнить, что основное богатство и города, и страны — это «человеческий капитал». Все создается людьми и зависит от людей.

8 февраля — День Российской науки

М. Ломоносов — первый отечественный академик, который верил, «что может собственных Платонов и быстрых разумом Невтонов Российская земля рождать»
М. Ломоносов — первый отечественный академик, который верил, «что может собственных Платонов и быстрых разумом Невтонов Российская земля рождать»

8 февраля 1724 года (28 января по старому стилю) указом правительствующего Сената по распоряжению Петра I в России была основана Академия наук. В 1925 году она была переименована в Академию наук СССР, а в 1991 — в Российскую академию наук. С 1999 года в соответствии с Указом Президента РФ день 8 февраля стал профессиональным праздником российских ученых — таким образом власти ознаменовали 275­-ю годовщину создания Российской академии наук.
Поделитесь:
Яндекс.Метрика